Известный певец и популярный шансонье Михаил Шуфутинский – легенда российской эстрады. Не один десяток лет приятный хрипловатый голос музыканта околдовывает миллионы слушателей, его тембр стал привычен, узнаваем и любим как в России, так и за ее пределами.

В октябре 2007-го года король шансона презентовал свой 22-ой по счёту альбом под названием «Москва-Владивосток» и дал первый концерт в Москве за последние пять лет. А уже 11 апреля в Москве состоится большой сольный концерт артиста во МХАТе имени Горького приуроченный к его юбилею.

Расскажите о своих машинах.
У меня машины есть и в Америке, и в России. В США, где я бываю очень редко, – два автомобиля. Это Кабриолет BMW, а вторая машина – это Мерседес ML. На BMW ездит моя супруга, эту машину я ей подарил. МL - что-то вроде внедорожника, а на самом деле хозяйственный городской автомобиль. Он ей тоже подходит, так как она занимается хозяйством, ездит за покупками…
Раньше, в Москве у меня был Мерседес GL. До этого: Хаммер, а еще раньше был Мерседес, который называют «табуреткой» - Геленваген. Сейчас у меня спортивный автомобиль Порше 911 Turbo. Я думаю, что в нашей стране таких единицы, потому что это супермощная машина – 550 лошадиных сил. Она раскачана до такой степени, что достигает 100 км/ч за 3,7 секунды. Это одна из самых быстрых машин в мире. В молодости я мечтал о спортивном автомобиле, но возможности его приобрести не было. Когда я жил в Америке, то сначала мы покупали старые машины, просто для того, чтобы хоть как-то передвигаться. Со временем, когда у меня начали появляться деньги, я как-то не думал всерьез о покупке такого автомобиля. А потом понял, что уже могу позволить себе купить машину мечты. Вторая машина, на которой я сейчас езжу– большой Кадиллак «Эскалейд». Он очень большой, просторный – семиместный. В этой машине я чувствую себя, как в комнате. На нем я езжу с водителем.

То есть на Порше Вы ездите сами, а на Кадиллаке с водителем, так?
Да. В принципе, я мог бы и на Кадиллаке ездить сам, но это не очень интересно. Поездки занимают много времени, поэтому в машине я делаю свои дела: читаю, слушаю музыку, разговариваю по телефону, - с водителем гораздо удобнее. А вот на Порше я, конечно же, езжу сам. Но, к моему сожалению, происходит это очень редко. Во-первых, климат у нас в стране не подходящий: ездить можно только летом, когда асфальт сухой. Во-вторых, даже если и выезжать на Порше, то уж точно не по маршруту дом-офис. Ну, как можно на таком автомобиле, да по пробкам? Никакого интереса, никакого удовольствия! А вот по воскресеньям на нём ездить просто замечательно! Недавно прокатился по пустым дорогам в город и обратно – великолепно! Получил огромное удовольствие.

Вы услугами водителя давно пользуетесь?
С тех пор как я сюда приехал. Я вернулся в Москву в 1990 году, и с тех пор почти всегда езжу с водителем.

А водителей часто меняли?
Знаете, предыдущий водитель работал 15 лет со мной, и сейчас он у меня управляющий. А водитель теперь другой. Я вообще работников редко меняю, очень привыкаю к людям и работаю с ними много лет. Вот мой директор работает со мной 16 лет. Это, наверно, возрастное: выработались привычки и стереотипы. Хочется общаться с людьми, которых ты знаешь, которых уже проверил в жизни.

Расскажите, как Вы первый раз сели за руль автомобиля.
Это было в Магадане. В тот период моей жизни, я жил в Магадане и там ходил в автошколу. Учился на грузовике, «Жигули» тогда были большой редкостью, особенно там, на севере. Сдавали на права мы очень необычно: нас посадили всех в кузов, и каждый, кто сдавал, вылезал, садился в кабину к инструктору, а потом залезал обратно в кузов. И целый кузов «курсантов» везли по городу – так мы сдавали на права.

Помните, как Вы первый раз выехали на большую дорогу?
Конечно, помню! Это было страшно. Мы с женой и сыном возвращались из Магадана в Москву. А там мой отец на мои деньги купил машину для меня. Это был Москвич 408 голубого цвета. В то время было большой редкостью купить машину, надо было в очереди стоять долго. Мы приехали из аэропорта, заехали домой втроём, помылись, переоделись и поехали к отцу на Ленинский проспект – машина стояла у него. Там были гости, стол накрыт, мы изрядно выпили, закусили. И вот я, во что бы то ни стало, захотел сесть за руль и сам вести машину даже в таком состоянии. Жена, конечно, была против, но я был непреклонен. Ну, я знал хорошо дороги, потому что мы жили в конце Ленинского проспекта на улице Удальцова. Я был, конечно, пьян, но ехал по возможности по маленькой дорожке, потом выехал на трассу и каким-то образом доехал, припарковался, и мы были дома. А утром я просто не помнил, как я доехал. Я, правда, потом себя проклинал за то, что сделал это, но, слава богу, ничего не случилось тогда. А ведь с нами был наш маленький сын! Машина-то была не автомат, тогда не было автоматов, она была с переключателем на руле. И я помню, что я всё время дёргался, практики-то не было. Я сцепление отпускаю, а машина дёргается! Как я доехал? Не знаю. Это самое страшное преступление в моей жизни, которое я совершил! Я ведь мог погубить и себя, и семью, и… Не дай бог! Это ужасно!

Можете описать свой стиль вождения и стиль вашего водителя?
У водителя стиль, конечно, лимузинный. Он едет аккуратно и может превысить лимит скорости только в крайнем случае, если мы куда-то опаздываем: или в аэропорт, или на вокзал. И то без риска для моей жизни и жизни окружающих. Это для меня очень важно, так как столько людей погибает в катастрофах. А это такая бессмысленная, глупая смерть! Поэтому водитель меня возит аккуратно. А вот сам я могу нарушить правила. Могу нарушить что угодно, потому что, в худшем случае, милиционер, который меня остановит, попросит диск или автограф. У меня с ними всё легко и просто. Но я стараюсь этого не делать. Считаю, что правильно водить машину - как в Америке. Там пропустить пешехода, пропустить машину, если она включила мигалку и просит тебя пропустить её, - это приоритет, это фасон! Быть вежливым на дороге – это модно там. А здесь это, конечно, совсем другая история…

По какому принципу вы выбираете свои автомобили? Какие внешние и внутренние качества автомобиля для вас особенно важны?Машину выбрать легко, потому что ни для кого не секрет какая машина лучше, а какая хуже. Допустим, Кадиллак хуже сделан, чем Мерседес или БМВ, но он очень удобен, потому что он огромный. В нём просторно: я сижу впереди, но достаточно далеко от водителя. И при этом он очень мягкий! Ездить с водителем можно и на другой машине, например, на Инфинити – она такого же плана, тоже большая машина, но она жестче. А мягкость – один из критериев. Но иногда мне, наоборот, хочется, чтобы машина была жестче, потому что этот «диван» немножко надоедает. Критерии в той машине, в которой возит меня водитель таковы: она должна быть для меня удобной, я не должен в ней уставать, ведь мне иногда приходится ездить на дальние расстояния. В такие города как Ярославль, Тверь, Рязань я на поезде не езжу, потому что хорошо и на машине эти 2-3 часа проехать. Что же касается машины для себя, то это должен быть настоящий мускул. И когда мне говорят: «Почему ты не купишь себе Бентли? Сегодня пол рублёвки на Бентли ездит…», я отвечаю: «Понимаете, в Бентли я – артист. А в Порше я – мужик!» Мне Порше больше нравится.

Нынешние машины у вас какого цвета?
Чёрные. Но это не специально. Когда выбирал Порше, то просто увидел машину этого цвета, и он мне понравился больше всех. А Кадиллак должен быть черным, если бы это был любой другой автомобиль, то он мог бы быть и другого цвета.

Никогда не было желания сделать аэрографию на своих машинах?
Я вот думаю, может мне на Порше такое сделать. Он у меня скоростной и чёрный, может, какое-нибудь красное пламя на нём будет хорошо смотреться… Вот на Кадиллаке особенно не сделаешь, на большом Мерседесе тоже не пытался, а вот про Порше думал. Может, и правда, пламя оранжевое сделать? Это будет красиво. Он ведь чёрный, невероятно стремительный… Мне нравится! Мне вообще все такие автомобильные фишки нравятся. Но только, чтобы это не граничило с пошлостью: есть определённые критерии, и их надо придерживаться. Если у тебя классический автомобиль, то ты не должен покупать на рынке к нему обвески, потому что они сразу этот автомобиль будут занижать. Для этой машины все необходимые вещи нужно покупать фирменные, в специальной тюнинговой компании.

Как вы ведёте себя в московских пробках?
Раньше волновался и дёргался, а теперь: первое – я раньше выезжаю, второе – я игнорирую. Пробка – это аксессуар сегодня, вестник нашего времени, без неё невозможно. Выезжая на дальнее расстояние, например, из дома в город, ты знаешь, что где-нибудь засада тебя ожидает. Или перекроют Кутузовский, потому что поедет президент или кто-то из думы, или где-то ещё обязательно будет пробка! Я к этому привык, ведь без передвижения по городу я не могу. Но, если нет необходимости ехать, я не еду. Даже когда интервью какие-то, если люди могут приехать ко мне, то я их с удовольствием принимаю у себя, и никто ещё не жаловался. А в пробке я слушаю радио, смотрю по сторонам, а что делать? Ну, пробка и пробка. А если опаздываешь на концерт, то можно выехать на резервную полосу, хотя сейчас таких полос-то уже не осталось… Я не люблю опаздывать, я не могу опаздывать, это у меня в крови. У меня есть две вещи, которые я ненавижу: ненавижу быть должным кому-то, если я у кого-то взял деньги, а я давно уже этого не делаю, но, тем не менее, я должен отдавать долг вовремя обязательно, иначе это для меня катастрофа. А второе – я не могу опаздывать, в моей практике считанные случаи, когда я опаздывал куда-то. Мой папа говорил так: «Всегда приди на 5 минут раньше, если ты раньше пришел, значит, он тебе уже должен, он тебе эти 5 минут должен». Когда я чувствую, что опоздаю, и меня ждут, это для меня это просто беда! Казалось бы, ну, могут и подождать, но, нет, я не могу! Что-то у меня внутри переворачивается, я просто выхожу из себя! Только когда совсем невозможно было ничего сделать, я опаздывал в аэропорт из-за движения, а по своей вине я никогда не опоздаю. Если мне нужно выехать без пятнадцати, то я в без двадцати уже в машине.

А у вас не бывает таких ситуаций, когда вы, застряв в пробке и катастрофически опаздывая, оставляете машину и доезжаете на метро?
Здесь, в Москве, нет. Поскольку ехать на общественном транспорте – это завал! Тебя же все знают, и это просто беда… Я стараюсь раньше выезжать, чтобы избегать таких ситуаций. Правда, был один интересный случай, когда я ехал на кануне рождества на прямой эфир на радио России. Мне надо было быть там к восьми, и из своего офиса, из «Пекина», я выехал в пол шестого, так как знал, что будут страшные пробки. Как на зло, мой водитель заболел, и я сам был за рулём. Застрял наглухо я где-то на Марьиной роще, там всё стояло и в одну сторону, и в другую, ничего не двигалось вообще! Пришлось начать прямой эфир в восемь по мобильному телефону. Эфир у меня длился час, а в девять я уже вернулся домой. Вернувшись, я понял, что потратил 5, 5 часов, и так никуда не доехал. Но всё-таки прямой эфир у меня был.

Интервью подготовлено при поддержке PR-агентства "Успех"